: Персональный сайт - Литовцы в Вермахте и СС(продолжение)
Сайт посвещается воинам РОА Среда, 13.12.2017, 10:32
Приветствую Вас Гость | RSS
Block title

Меню сайта

Block title
«  Декабрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Block title
Locations of visitors to this page

(Латвийский корпус) из числа бывших офицеров латвийской армии, развернута работа по скупке и хищению оружия. Стало также известно, что «стражи» налаживали связи с подпольем в Эстонии и Литве и взяли на себя инициативу созыва нелегальной конференции националистического подполья Прибалтики. По указанию немецкой разведки ими готовилось вооруженное выступление и действия диверсионных групп в момент нападения Германии на СССР. Для этой цели были размножены фотопланы районов Риги, выделены районные организаторы выступления.

Помимо латышского национального подполья германская резидентура активно вербовала также агентов среди русских белоэмигрантов. 21 мая 1941 года в сообщении Абвера-2 говорилось: «Восстания в странах Прибалтики подготовлены, и на них можно надежно положиться. Подпольное повстанческое движение в своем развитии прогрессирует настолько, что доставляет известные трудности удержать его участников от преждевременных акций. Им направлено распоряжение начать действия только тогда, когда немецкие войска, продвигаясь вперед, приблизятся к соответствующей местности с тем, чтобы русские войска не могли обезвредить участников восстания».

Из того же источника известно, что латвийское подполье получило задание захватить и охранять (или испортить, но не уничтожить) 16 важнейших военных объектов, в том числе радиостанции Риги, Кулдиги, Мадоны, Лиепаи, железнодорожные и шоссейные посты в Даугавпилсе и Екабпилсе, главпочтамт в Лиепае, а в Приекуле почтамт, телеграф и телефонную станцию.

В эмигрантском журнале «Даугавас Ванаги Менешракстс» № 3 за 1982 год бывший офицер СС И. Кажоциньш пишет, что хорошо вооруженные группы «пятой колонны» завода ВЭФ должны были на нескольких грузовиках 15 июня 1941 года выехать из Риги на «экскурсию» в Видземе, в Мадонский уезд, где существовала большая подпольная организация айзсаргов. По дороге рижские диверсанты должны были объединиться со своими мадонскими «коллегами», довооружиться их оружием, заранее припрятанным в грузовиках, совместными усилиями захватить Мадонскую радиостанцию и призвать жителей Латвии к свержению Советской власти.

Этот план был сорван депортацией части населения, начавшейся в ночь с 13 на 14 июня 1941 года. Ее «жертвами» стали и «туристы». Был сорван захват ряда других важных объектов. По документам полиции безопасности и СД Латвии, 14 июня 1941 года было арестовано и выслано около 5 тысяч членов «пятой колонны» из 40-тысячного подполья.

Всего на 17 июля 1941 года по Латвии было арестовано 5625 человек, выселено 5978, всего репрессировано 9156 человек.

Были арестованы также 424 офицера 24-го корпуса, на которых имелся компрометирующий материал. Метла бериевской чистки вымела и многих невиновных граждан Латвии. Среди них были женщины и дети, старики и больные люди. Безосновательно были репрессированы командир 24-го территориального корпуса генерал-лейтенант Кливиньш и командир 181-й стрелковой дивизии того же корпуса генерал-майор Лепинь. Впоследствии оба реабилитированы посмертно.

Однако переломить ситуацию этими мерами не удалось. С первых же минут начала боевых действий латвийская «пятая колонна» вступила в бой. 23.24 июня 1941 года националисты начали обстреливать из пулеметов и винтовок правительственные учреждения и штаб Прибалтийского военного округа, военные казармы и проходящие части РККА. В ночь на 24 июня группа латышей ворвалась в дом работников ЦК Компартии Латвии с целью их уничтожения. Силами 5-го мотострелкового полка НКВД, ОКПП «Рига» и резерва коменданта города группа была рассеяна. В ходе боя 120 человек нападавших было убито, 457 пленены.

Но это было только начало. С продвижением немецких войск вглубь территории Прибалтики активизировались повстанцы. Читая «Краткое описание боевых действий 5-го мотострелкового полка и 22-й мотострелковой дивизии войск НКВД за период с 22 июня по 13 июля 1941 г.» полковника Головко, понимаешь, что у советских частей в то время тыла не было:

«В г. Риге враждебные элементы развернули активные действия: наводили панику в тылу армии, деморализовали работу штабов, правительственных и советских учреждений, тормозили эвакуацию ценностей и совершали диверсии.

Враги установили на колокольнях церквей, башнях, чердаках и в окнах домов пулеметы, автоматы и вели обстрел улиц, зданий штаба СЗФ, ЦК ЛКП(б), СНК, телеграфа, вокзала и НКВД. Такое положение заставило развернуть самую жестокую борьбу с контрреволюционным элементом в городе.

Я объединил все войска НКВД Рижского гарнизона, организовал усиленную охрану всех важных объектов, выставил посты и пикеты на улицах города, систематически освещал патрульными отрядами весь город. С пятой колонной повел жестокую борьбу, на каждый произведенный выстрел отвечал огнем пулеметов и танковых пушек.

За 23, 24, 25 июня с.г. активность пятой колонны была подавлена. По приказу начальника охраны СЗФ генерал-майора т. Ракутина были расстреляны 120 пойманных негодяев из пятой колонны, о чем было объявлено населению с предупреждением о сдаче оружия.

Действия частей НКВД парализовали активность пятой колонны, не дали возможность выполнять задания фашистских хозяев, и, как видно из донесения руководства пятой колонны, немцы решили уничтожить 5-й полк НКВД.

В 3 ч. 15 мин. 27 июня 1941 года немецкая авиация произвела налет на территорию 5-го полка. Шесть фугасных бомб попало во двор полка, но так как накануне мною полк был выведен из казармы и рассредоточен, то от бомбежки пострадала только дежурная часть, располагавшаяся во дворе. В результате налета полк потерял 39 человек убитыми и раненными, сгорело 13 автомашин и 4 станковых пулемета. Это была первая большая потеря полка.

Перед погибшими товарищами личный состав полка дал клятву беспощадно громить фашистских гадов, и в тот же день буржуазия Риги почувствовала месть на своей шкуре за погибших товарищей…».

Впоследствии 5-й мотострелковый полк принимал участие в обороне г. Риги в составе 22-й дивизии НКВД. Фактически это были наиболее боеспособные части, ибо 30 июня в город вошли деморализованные, отступавшие части РККА. В Риге в это время по-прежнему действовали националисты, которые вели обстрел отходящих частей. Аналогичная ситуация сложилась в городах Сигулде и Вильянди. Армия отступала.

В первых рядах немецких войск, входивших в Латвию, находились латвийские эмигранты. В Лиепаю гитлеровцев ввел Густав Целминь, получивший после окончания Кенигсбергской разведшколы звание зондерфюрера. Должность префекта Риги занял Штиглиц. бывший начальник тайной агентуры политического управления Латвии. 8 июля 1941 года он доносил начальнику полиции и СД Латвии Краусу: «За сутки арестован 291 коммунист и в 557 квартирах произведены обыски». Всего в гитлеровские карательные органы до 1 сентября 1943 года поступили на службу 36 тысяч человек из числа латышских националистов. В своих верноподданических чувствах вождю Третьего Рейха расписалось собрание национальных представителей Латвии, которое прошло в Риге 11 июля 1941 года.

Представители направили Гитлеру телеграмму с выражением благодарности за освобождение от Советов и выказали готовность послужить делу строительства «Новой Европы».

К строительству «Новой Европы» приступили немедленно, начав с истребления евреев и коммунистов.

В первых числах июля в Ригу вошла оперативная группа А полиции безопасности и СД, предназначавшаяся для действий в тылу немецкой группы армий «Север». Была организована охрана города с помощью вспомогательной латышской полиции («Дрошибас полиция». насчитывала 400 человек). Ее главой был назначен подполковник Найс. Впоследствии настоящее имя этого человека станет известно всему миру. Под этим псевдонимом скрывался Арайс, он же Абелитис Виктор-Бернхардт Теодорович. До войны он дослужился до чина майора латвийской армии, работал юристом, имел в Риге частную юридическую контору. Уже потом он станет командовать 3-м латвийским батальоном СД, в 1942 году получит чин штурмбанфюрера СС и пост начальника латышской полиции безопасности, в июле 1943 года получит Крест боевых заслуг с мечами.

Сформированный Арайсом батальон впоследствии называли кратко. «команда Арайса». Личный состав команды состоял в основном из студентов университета и учеников старших классов рижских школ, некоторым из которых едва исполнилось пятнадцать лет. Батальон специализировался на массовых расстрелах. По показаниям члена «команды» Лиготниса, только с января по март 1943 года в Бикерниекском лесу латышскими полицейскими были расстреляны более 10 тысяч человек. Сам Арайс активно участвовал в расстрелах и требовал того же от подчиненных. Известно его высказывание: «Что это за офицер, который не убил ни одного жида?».

Под стать командиру были и офицеры. Один из них был национальным героем Латвии. Капитан ВВС Герберт Цукурс в середине тридцатых годов совершил беспрецедентный перелет из Латвии в Западную Африку. В команде Арайса ему был выделен персональный автомобиль, на котором он выезжал на акции. После войны капитан Цукурс скрылся в Бразилии, где открыл свою частную летную школу. Его выследил чудом уцелевший еврей, бывший узник еврейского гетто. Он сумел войти к нему в доверие, предложил стать компаньоном и, улучив момент, убил его. Другой «герой» команды Арайса лейтенант кавалерии Вилис Рунк стал комендантом концлагеря в Вейцмуже близ Валмиеры. Весной 1942 года он придумал новый способ расстрела узников. примерно 180 человек связывали между собой тонкой веревкой на запястьях. Первый убитый увлекал за собой в ров и остальных.

Летом 1941 года команда Арайса расширила поле своей деятельности. Под контролем и общим руководством офицеров СД члены отряда выезжали в «командировки» в провинцию. На конфискованных автобусах они разъезжали по городам и селам и убивали.

Помимо арайсовцев привлекались к расстрелам и подразделения рижской речной полиции.

Латышская полиция в начале своей деятельности носила форму латышской армии и нарукавную повязку с изображением черепа, двух перекрещенных костей и надписью «Вспомогательная полиция безопасности».

Помимо формирования вспомогательной полиции оперативная группа А создала две группы из местных коллаборационистов для проведения погромов. Были разрушены все синагоги, расстреляно 400 евреев. Впоследствии командир айнзатцгруппы А бригаденфюрер СС В. Штальэккер докладывал в Берлин: «…Значительно сложнее (по сравнению с Литвой. Ч.С.) было организовать чистки и погромы в Латвии.

В основном это объяснялось тем, что национальное руководство было угнано Советами. Однако путем оказания влияния на латышскую вспомогательную полицию удалось организовать еврейский погром, во время которого было разрушено несколько синагог и убито 400 евреев…».

В Даугавпилсе полицейскими было арестовано 1125 евреев, 32 политических преступника, 85 русских рабочих и две женщины-уголовницы. Шеф полиции безопасности и СД остался доволен работой латышей: «Действия против евреев развертываются. По инициативе оперативной команды из всех существующих домов служба вспомогательной полиции сейчас выселяет евреев, передавая их квартиры нееврейской части населения. Латыши изгоняют еврейские семьи из города, а мужчин задерживают… Задержанных мужчин-евреев сразу расстреливают и погребают в заранее подготовленных рвах. Оперативной командой 1б в Даугавпилсе до настоящего времени расстреляно 1150 евреев».

Аналогичная ситуация сложилась по всей Латвии. В Лиепае, по сообщению шефа СС и полиции Лифляндии, казнь евреев население не одобряло. По городу был пущен слух, что процесс казни, проводившийся латышами, немцы специально снимали на кинопленку в качестве компромата.

Помимо истребления еврейской части населения Латвии, части местной самообороны (впоследствии и полиция) привлекались для прочесывания лесных массивов с целью пленения либо уничтожения отставших подразделений Красной Армии и парашютистов. В ночь на 13 ноября 1941 года, в районе южнее Валка был сброшен парашютный десант в составе 10 человек. В ночь на 15 ноября они были обнаружены в лесу самооборонцами. В перестрелке четверо парашютистов были убиты, один из них погиб, подорвав себя ручной гранатой, остальные скрылись.

Вскоре в Латвии был наведен «Новый Порядок». Полицейские формирования занялись его экспортом в Белоруссию и Украину.

Латвийские полицейские формирования Первая латышская полицейская часть была создана в июле 1941 года бывшим офицером латвийской армии Вольдемаром Вайсом. Впоследствии Вайс удостоится одной из высших наград Рейха. Рыцарского креста.

Официальное существование латвийских вспомогательных полицейских рот началось с 3 июля 1941 года. В этом же месяце из 240 военнослужащих этих рот были организованы шесть полицейских районов и формально приданы Вспомогательной полиции порядка, но напрямую ими руководила СД.

Формировавшиеся в Латвии полицейские батальоны насчитывали в своем составе от 500 до 550 человек.

В сентябре 1941 года был сформирован 16-й Земгальский полицейский (шума) батальон. До конца 1943 года были сформированы 45 латышских батальонов с номерами с 16-го по 28-й, с 266-го по 283-й, с 311-го по 322-й. Общая их численность оценивалась в 15 тысяч человек. Батальоны несли охрану тыла, некоторые направлялись для борьбы с партизанами на терри409 торию Украины и Белоруссии. Часть этих формирований действовала на фронте в полосе группы армий «Север».

По информации советской военной разведки в августеоктябре 1942 года нижеперечисленные латышские батальоны были дислоцированы в следующих областях: 17-й. район Шолохово, 21-й. действовал на Ленинградском фронте, 23-й и 28-й. Кривой Рог, 24-й. Столбцы (Белоруссия), 27-й. Сталино, 268-й. Картуз Береза (Польша). 450 человек.

Кроме того, советскую разведку интересовало общее количество батальонов, сформированных в Латвии: «Латвийские охранные и полицейские батальоны. 15, 17, 20, 22, 23, 24. латвийские полицейские батальоны, 271, 276, 277, 278, 251. латвийские охранные батальоны, 313, 315, 316, 317. латвийские отдельные батальоны, 2, 95, 395. латвийские строительные батальоны. Из 16, 17, 19, 21, 22, 23 полицейских батальонов сформирован 1-й полк СС, переформированный затем в 39 пехотный полк, из 276, 277, 278 и 281 охранных батальонов сформирован 1 полицейский полк».

Помимо военнослужащих латышей, часть батальонов была укомплектована русскими, украинцами и белорусами. Так, 283-й охранный батальон, состоявший из русских военнослужащих, перешел в 1943 году на сторону партизан.

О том, что представлял собой латвийский батальон, сообщает разведсводка штаба 1-й Ударной армии:

«23– й латвийский полицейский батальон действовал 30.07.1944 г. в районе Мейраны. Сформирован в 1942 году, действовал в Крыму, где под Керчью был разгромлен, затем вновь сформирован. На 01.07.44 штаб батальона в Яунматгале, роты в районах: Балви, Тиле, ст. Жигуры, Карсава. Борьба с партизанами. 23.07.44 2-я рота расположенная в Балви убыла в западном направлении. Численный состав 2-й роты.120 человек. 9 ручных пулеметов, 2 станковых. В батальоне 4 роты».

За этими сухими бухгалтерскими строчками читатель не видит результатов той службы, которую несли латышские военнослужащие. Между тем, батальоны, размещенные в многострадальной Белоруссии, действовали в точном соответствии с инструкциями, полученными ими от немецких устроителей «Нового порядка».

На 1 июля 1942 года на территории Белоруссии действовали четыре латышских полицейских батальона: 18-й, 24-й, 26-й, 266-й «Е», которые в строевом отношении подчинялись командующему силами полиции и СС Остланда, а в оперативном. командующему полицией порядка Белоруссии. Батальоны дислоцировались соответственно в Столбцах, Станьково, Бегомле и в Минске. К концу года из Латвии в Ганцевичи прибыл 271-й латышский полицейский батальон. 18-й шуцманшафтбатальон в количестве 395 человек (22 офицера и 75 унтер-офицеров) прибыл в Белоруссию в мае 1942 года из Риги. Немецким офицером связи в батальоне был гауптман шутцполиции Эрзум. Командовал батальоном капитан Зихерт. Батальон дислоцировался в Столбцах. 6
Block title

Block title

Copyright MyCorp © 2017Используются технологии uCoz